Куда все добрые люди запропастились?

Хорошо, возможно тут есть подвох - но спорить на эту тему можно бесконечно. Горящие лампочки соединения могут располагаться позади корпуса и рядовому пользователю они не нужны. Попробую придумать по другому.
Кстати сам нашел у себя одну ошибку:
ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ГЛАГОЛА «БЫТЬ»

Главный русский глагол «быть» так и просится на лист - особенно тогда, когда мы что-то описываем. В его употреблении нет никакого стилистического криминала - проблема лишь в том, что он очень навязчив и диктует «свой» строй предложения и речи. Поэтому, использовав его в предложении раз, мы автоматически строим следующую фразу так, что он возникает снова. А если мы ввели «быть» в два следующих друг за другом предложения, то он обязательно появится и в третьем!

Следите за появлением глагола «быть» в ваших текстах.

Вот как братья Стругацкие шутливо оценивают его ценность в описании:

Из книги Аркадия и Бориса Стругацких «Хромая судьба»:

«На палубе «Коньэй-Мару» было скользко и пахло испорченной рыбой и квашеной редькой. Стекла рубки были разбиты и заклеены бумагой. (Тут ценно как можно чаще повторять «были», «был», «было». «Стекла были разбиты, морда была перекошена...»)
Валентин, придерживая на груди автомат, пролез в рубку. «Сенте, выходи», - строго сказал он. К нам вылез шкипер. Он был старый, сгорбленный, лицо у него было голое, под подбородком торчал редкий седой волос. На голове у него была косынка с красными иероглифами. На ногах шкипера были теплые носки...»

Спасибо за нужные ссылки - я их все же почитал.

Вот перепредумал немного:
Наконец, запорный механизм сдался. Ученый потянул на себя бронированную, метровой толщины переборку и обнажил круглый вход. Бросил взгляд на терминал в ожидании красной надписи «Тревога!» и замер: «Неужели никто не увидел?! Не может быть!» Терминал спокойно светился не предвещая ничего плохого…
Сергеич медленно приблизился, присмотрелся внимательнее. В углу экрана тлели крупные зеленые цифры – 9:32. Ученый поднял руку и посмотрел на часы – действительно 9:32. Но, что-то привлекало его цепкий взгляд программиста. Заставляло всмотреться в экран. Что-то было не так, как всегда. Он тряхнул головой и снова окинул взглядом монитор. «Да нет же, все в порядке. Просто нервы... Возможно охранник отвернулся или вышел в туалет когда я стрелял. Времени мало — нужно спешить...» Сергеич уже стал отворачиваться, когда краем глаза уловил пробежавшую по экрану странную рябь помех. «Что это?» Он снова склонился над терминалом, который представлял собой простое устройство ввода и вывода информации, связанное с главным компьютером комплекса. Внезапно, экран монитора окрасился темно синим цветом. Ученый постукал по клавишам — никакой реакции. Но тут, его окатило волной мурашек — по центру экрана начали вспыхивать алые буковки. Одна за другой: «С»... «М»... «Е»... Алексея начало трясти, волоски на спине в один миг встали дыбом и он прочел надпись: «СМЕРТЬ!» Пронзительный рев сирены и красный аварийный свет заставил его резко дернуться. Вдали послышались крики. «О нет... Я был прав... прав!» Он метнулся к круглому шлюзу. «Нужно попытаться поднять стержни охлаждения!!! Еще можно успеть...» Он побежал по коридору судорожно вдыхая воздух. Так быстро он еще никогда не бегал... Легкие и сердце надрывались. Внезапно, в правой части груди кольнуло, а потом резкая боль пронзила левую руку. Сергеич споткнулся и рухнул лицом в пол. Скрючился. Глаза закатились и ученый потерял сознание...